Между арабскими монархиями Персидского залива, также известными как аравийские монархии, не первый год идет соперничество за статус главной державы региона. Кто же из них добился большего 2025 году?
Аравийцы, не стесненные в средствах, бросаются завоевывать лидерство в любых доступных сферах и не слишком считаются с сопутствующими потерями.
Правда, как показал 2025 год, есть вещи, которые пугают даже видавших виды шейхов.
Гонка миротворцев
В 2025 году монархии Залива окончательно сделали основную ставку на превращение в глобальных миротворцев и видят в этом главный источник политических очков. Тем более, что «болевых точек» на карте мира хватало.
Помимо Украины, аравийские монархии соперничали за ведущее положение в урегулировании в секторе Газа, пытались играть роль медиаторов в Ливане и Судане, искали подходы к «новой Сирии» и выходы из иранского «ядерного тупика».
Прослеживались даже попытки забросить удочку в конфликт между Дональдом Трампом и контролирующим богатейшие запасы нефти Николасом Мадуро, однако здесь Белый дом решил обойтись без помощи Залива.
По итогам года между наиболее рьяными «миротворцами» сформировался своеобразный паритет — саудиты, катарцы и эмиратцы взяли на себя гуманитарный трек украинского конфликта и поддержание стабильности в Газе.
Оман фактически монополизировал диалог по перезагрузке иранской ядерной программы, а также стал главным переговорным окном между США, Ираном и различными фракциями в Йемене.
Бахрейн, используя в том числе гуманитарные инструменты, сконцентрировался на стабилизации обстановки в Ливане.
Вне миротворческой рамки остался только Кувейт. Страна, всё ещё переживающая стадию внутренней трансформации из-за смены эмира в 2024 году, сосредоточена на себе, а к мирным инициативам присоединяется по остаточному принципу, чтобы полностью не выпадать из общей для Залива повестки.
До недавнего времени исключение составлял конфликт на Украине — здесь Кувейт рвался на ведущие позиции и пытался продвигать домашнюю площадку для встречи Владимира Путина и Дональда Трампа наравне с Эр-Риядом, Дохой и Абу-Даби.
Правда, эти чаяния иссякли ближе к лету 2025 года, когда вскрылась попытка группы западных дипломатов навязать Эль-Кувейту выраженную проукраинскую позицию и через него надавить на Москву со стороны Залива.
С той поры Кувейт держит подчёркнутый нейтралитет. Что, впрочем, не мешает этой стране периодически отправлять военные грузы и технику Киеву.
Резня, коррупция, Эпштейн
Несмотря на то, что аравийские монархии потратили немало сил и средств на формирование позитивного имиджа, их деятельность в 2025 году сопровождалась многочисленными общественными потрясениями.
Так, например, ОАЭ оказались в центре скандала из-за чрезмерной мстительности поддерживаемых Абу-Даби «Сил быстрого реагирования» в Судане. Добившись перелома в войне с центральным правительством в регионе Дарфур, проэмиратовские путчисты показательно вырезали местное нелояльное население.
Схожая ситуация сложилась и в Йемене, где поддерживаемые Эмиратами силы южан обратили оружие против вчерашних союзников, просаудовски настроенных северян. Итогом стало разрушение коалиции против хуситов и создание реальной угрозы повторной дестабилизации Йемена.
Эти инциденты сильно подпортили миротворческий имидж ОАЭ, хотя и не привели к исключению Абу-Даби из ключевых переговорных форматов.
Катар в течение всего года также не покидал передовиц газет: Доху обвиняли в попытках лоббирования национальных интересов через подкуп чиновников в Европе и, что интереснее, Израиле.
Дошло до того, что в обойму прокатарских фигур вписали почти весь местный бомонд, включая премьер-министра страны Биньямина Нетаньяху.
Это, впрочем, не помешало последнему согласовать точечный авиаудар по катарской столице (операция «Огненная стена») в сентябре 2025 года, как часть охоты на членов Политбюро ХАМАС, и тем самым едва не уничтожить выстроенную Катаром систему миротворческих гарантий.
Не обошли скандалы и Саудовскую Аравию, которую «догнали» последствия резонансного «дела Джеффри Эпштейна» (правящая саудовская династия якобы благоволила ему и даже пожаловала липовое гражданство), а также обвинения в тайной поддержке израильских операций против проиранской «Оси Сопротивления».
От возвращения к конфликту с Тегераном саудитов спасло только то, что иранцам самим потребовался тайм-аут после июньской войны с Израилем, и открытие ещё одного фронта на Ближнем Востоке было не в их интересах.
В то же время, Эр-Рияд наконец-то смог отделаться от тянувшегося с 2018 года флера от убийства саудовского диссидента Джамаля Хашогги, в организации которого обвиняли королевскую семью. Причем закрыл трудную тему лично президент США, подчеркнувший таким образом особое отношение к Эр-Рияду.
В поиске баланса
Динамика развития обстановки на Ближнем Востоке вызывает у аравийских монархий определённое беспокойство.
В первую очередь, из-за высоких рисков повторной войны между Ираном и Израилем.
В июне 2025 года — во время «12-дневной войны» — странам Залива удалось, по большей части, оставаться в стороне и не помогать ни Тегерану, ни Тель-Авиву. Однако повторить эту тактику вновь не получится — о чем американские союзники аравийцев говорят почти прямым текстом.
По этой причине каждая монархия ищет свой уникальный баланс: чтобы, с одной стороны, не расстроить Белый дом, а с другой, случайно не подставиться под ответный удар.
Во-вторых, в Заливе с тревогой наблюдают за активизацией террористических ячеек в разных частях Ближнего Востока. Больше других переживает Саудовская Аравия — страна встала на путь постепенной либерализации внутреннего уклада, что не нравится радикалам.
В Эр-Рияде в том числе опасаются повторения теракта в Мекке 1979 года (после которого властям пришлось резко и надолго закрутить гайки) и предпринимают меры для купирования угрозы.
В-третьих, аравийские монархии форсированно ищут способы обеспечить себя водой — к чему их сподвигла в том числе масштабная засуха в соседнем Иране, едва не спровоцировавшая переселение нескольких миллионов человек. Правда, делают это исключительно порознь, без запуска коллективных проектов.
В целом, текущий подход монархий Залива к реагированию на видимые угрозы укладывается в формулу «хочешь сделать хорошо — сделай сам». И этой же формулой они, судя по всему, будут руководствоваться и впредь.
Еще больше информации в канале «Регнум» в мессенджере МАХ.
Свежие комментарии